На чём держится Harvard Business School

Алексей Лупачев, программа full-time MBA Harvard Business School, выпуск 2004 года

Так и хочется сказать: «Моя жизнь началась в Гарварде». Истина, однако, дороже. Я родился в Подмосковье, учился на экономическом факультете МГИМО, работал в консалтинговой компании Accenture.

Идеей получить западное образование я загорелся еще в институте, но до воплощения идеи в жизнь потребовалось пять долгих лет. За это время я не только понял, что хочу в жизни и зачем мне диплом МВА, но и получил практический опыт, столь ценимый бизнес-школами. В какой-то момент мое отношение к процессу поступления можно было описать словами героя Ильфа и Петрова: «Вы чертовски привлекательны, я чертовски привлекателен – чего же мы ждем?» Оказалось, что школы отвечали мне взаимностью – сначала они выбирали меня, а затем я выбирал их. Из четырех «претенденток» я выбрал бизнес-школу Harvard – и вот почему.

Harvard Business School по праву считается одним из лидеров на мировом рынке бизнес-образования. Это мнение разделяют как бизнесмены, так и научное сообщество. Лидерство, на мой взгляд, обусловлено тремя факторами: первоклассной профессурой, сильным набором студентов и методом взаимодействия первых и вторых, а именно кейс-методом. Но обо всем по порядку.

Среди гарвардских профессоров немало настоящих корифеев своего дела: Майкл Портер – в стратегии, Роберт Мертон – в финансах, Роберт Каплан – в управленческой отчетности. На их лекциях можно услышать то, что попадет в книги только через несколько лет, и это дает заметную фору перед конкурентами. Есть чему поучиться и у гарвардских студентов – без ложной скромности скажу, что многие из них прошли уникальную школу жизни и являются незаурядными личностями. И, наконец, знаменитый кейс-метод – по сути, сократовский метод познания, учит быстро и четко мыслить, красноречиво отстаивать свои идеи и энергично претворять их в жизнь.

Столь уникальное сочетание качеств выражается и в отсутствии формальной специализации. В Harvard бытует немного надменная шутка о том, что если в Wharton готовят финансистов, в Kellogg – маркетологов, в MIT – технарей, то в HBS – их начальников. Это, безусловно, не более чем гипербола. Гарвардские студенты учатся стандартному набору базовых дисциплин только на первом курсе; на втором каждый имеет право выбирать специализированные предметы. Я старался посещать те курсы, где чувствовал пробелы в знаниях: управление инвестициями, финансы, банкротство и реструктуризация предприятий. Некоторые мои особо любознательные однокурсники не ограничивались рамками бизнес-школы и записывались на занятия на других факультетах Harvard University – юридическом, дипломатическом, в школе государственного управления имени Кеннеди.

Впрочем, не стоит думать, что в Harvard все зациклены только на образовании. Легенда гласит, что мир Harvard Business School держится на трех китах: учебе, карьере и общественной работе. С точки зрения карьеры школа предоставляет отличный шанс на деле ознакомиться с различными профессиями и понять, кем, собственно, хочешь быть. Очень многие за два года кардинально поменяли свои карьерные предпочтения и пошли работать в совершенно новые отрасли. Отчасти это было продиктовано и рыночной ситуацией: я поступал в кризисном 2002 году, когда традиционные «потребители продукции» бизнес-школ, консалтинг и инвестиционные банки, переживали не самые благоприятные времена. Для некоторых студентов найти работу оказалось даже сложнее, чем поступить в школу. Тем не менее к 2004 году ситуация заметно улучшилась, и практически все выпускники неплохо трудоустроились. Администрация бизнес-школы отнеслась к рыночным колебаниям достаточно философски – зная по статистике, что 80% выпускников меняют первую работу в течение двух лет, они призывали строить карьеру исходя из долгосрочных приоритетов, а не сиюминутных возможностей. Общественная жизнь на кампусе била ключом. Студенческие вечеринки, официальные балы, визиты высоких гостей – типичная картина. На первом курсе я довольствовался участием в конференциях, экскурсиях и деловых встречах, на втором – постарался проявить организаторские таланты. При деятельной поддержке одноклассников я возглавил Русский клуб и был избран на ответственный пост в Финансовом клубе Harvard. Среди наших достижений – организация выступлений на кампусе бизнесменов из нашей страны: Delta Capital, Intel, Hermitage Fund и «Норильского никеля». Мы активно участвовали в проведении Российско-американского инвестиционного симпозиума в Бостоне, а также в мероприятиях «Клумбы» (клуб русскоязычных выпускников западных программ МВА) на восточном побережье. Впрочем, общались не только с деловыми людьми – русское сообщество в Harvard почтили своим присутствием политик Григорий Явлинский, президентский советник Андрей Илларионов и поэт Дмитрий Пригов.

После прошедших двух лет я понимаю, что слова ректора Кларка о гарвардском образовании как личностной метаморфозе (transformational experience) – не пустой звук. Harvard изменил мои представления о мире и о себе, помог расширить кругозор и дал солидный набор знаний. Я завел новых друзей и приобрел уникальные связи, ценность которых со временем будет только возрастать. Наконец, я смог реализовать и свои карьерные амбиции и начал работать в сфере прямых инвестиций. После бизнес-школы я остановил свой карьерный выбор на Access Industries, крупной американской инвестиционной группе с интересами в России. Будучи известна лишь в узком кругу, Access Industries контролирует более 1% российского ВВП и активно участвует в работе по его удвоению. Я начал трудиться в штаб-квартире компании в Нью-Йорке, а по прошествии нескольких месяцев перебрался в их представительство в Москве. В настоящее время я занимаю должность директора по инвестициям в управляющей компании Access Industries Management CIS. Диплом Harvard, безусловно, способствует карьерным успехам. Помимо непоколебимой уверенности в себе элитарное образование дает доступ к новым связям и возможностям. За примером не надо далеко ходить – в нашей небольшой компании четверо руководителей, включая основателя и основного акционера, учились в бизнес-школе Harvard. Впрочем, общаемся мы не только по бизнесу. Памятуя о принципах социальной ответственности, я принял деятельное участие в организации Гарвардского клуба в России и даже удостоился в нем должности финансового директора. Клуб уже сейчас объединяет немало серьезных людей, включая первого вице-премьера правительства Александра Жукова и посла Великобритании сэра Энтони Брентона. За последние полгода мы организовали несколько выступлений гарвардских профессоров в Москве и планируем и далее трудиться на ниве просвещения.

Источник













Блоги Интернета

Блоги Интернета

Войти с помощью:

Подпишитесь на рассылку "Еженедельные Новости"

* = поле обязательно

 

Сентябрь 2013
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Фев    
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30